Как во Франции дела, Как экскурсия прошла. На Арбате что у нас, Как в Италии сейчас, Что в деревне. И короче: Обо всем ином и прочем!
Хор замовк, шеренга застигла, з неї виступила дівчинка, загримована під Люду Зиміну, сплела пальці, простягнула руки і, поводячи плечима, заспівала:
Я жеманство, тру-ля-ля, И скажу вам смело: Люблю глазками стрелять, Не люблю лишь дела. Как приятно день-деньской Шевелить глазами, И влюбляться с головой, И не спать ночами. Завела я дневничок, В нем пишу стихи я: Мопассан и Поль де Кок – Вот моя стихия.
Дівчинка відійшла осторонь. Із строю ступив хлопчик, одягнений, як Юра: оксамитова толстовка з білим бантом.
Только станет лишь темно, Страстно ждет меня кино, Мэри Пикфорд, Гарри Пиль Вскочат вдруг в автомобиль. И, сверкая, как алмаз, Прыгнет к ним Фербенкс Дуглас. Ах, держите вы меня, Сколько жизни и огня! Что мне школа, забыл давно, Дайте мне кино!
Хлопчик став поруч дівчинки. Із строю вийшов вайло, схожий на Вітьку Бурова, і басом, наслідуючи Вітьку, заспівав:
Эй, берегись! Посторонись! Я очень гордый, с поднятой мордой. Я разгильдяйство! Я друг лентяйства! Я чемпионов всех сильнее. Я весь проныра и пролаза. Стекла бью я до отказа. Мне каждый враг, кто не со мной. И всех зову с собой на бой!
